JM Real Estate Ads - шаблон joomla Книги

Газета "Столица" 13.02.2017

Трагедия …exit или освобождение от иллюзий

Система Евросоюза с единой валютой евро базируется на соблюдении одинаковых для стран-участниц финансово-экономических показателей. Соблюдение этих показателей дает возможность стране стать членом еврозоны, но не освобождает в дальнейшем от соблюдения пропорций в показателях. Смысл таких требований заключается в создании условий для сбалансированного функционирования экономического и валютного союза. Данные критерии - Маастрихтские критерии - были введены Договором о Европейском Союзе.

Одна из интересных пропорций, описанных в критериях, состоит в соотношении показателей дефицита бюджета, экономического роста и государственного долга. Идеальная пропорция предполагает, что государственный долг не может превышать 60% от ВВП страны. Изначально предположение строилось на 5%-м экономическом росте стран ЕС. Следовательно, дефицит бюджета мог достигать 3%.

Напомню, что дефицит бюджета в Эстонии держится на протяжении нескольких лет. Текущий бюджет – не исключение. В бюджете Эстонии на 2017 год доходы запланированы на уровне 9,48 миллиарда евро, расходы - на уровне 9,65 миллиарда евро, что означает запланированный дефицит бюджета в 1,79%. Большую часть поступлений в бюджет составят налоги 70,6%. Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) прогнозирует рост в 2017 году в 2,4%, что пока, кстати, никак не гарантия, а лишь прогноз. 2016 –й год тоже начинался с завышенной цифры. Отношение дефицита бюджета 1,79% к прогнозу роста 2,4% дает результат госдолга в 75%. Не смертельно, но выше нормы на 15%. И подобная картина не только в Эстонии. И это постоянный перекос в показателях пропорции, что говорит о несбалансированном функционировании ЕС. Собственно, требования по экономии внутри членов ЕС, которые приходится соблюдать, выжимая из социальных программ все соки, стали перманентными по отношению к многим странам. И это результат действия единых критериев, которые не могут гармонично соблюдаться. Разделение рыночного потенциала дохода от производства по Евросоюзу отдано на откуп свободному рынку, запертому в ограничения и квоты, что заведомо приводит к конкурентному неравенству.

В условиях критериев, например, чтобы уменьшить госдолг, Эстония должна или увеличить экономический рост, что проблематично, или уменьшить дефицит бюджета, например, за счет зарплаты медиков, или роста акцизов.

Собственно, иных фискальных методов у государства в условиях членства в ЕС не существует. Нет возможности использовать процентную ставку, или изменения номинального валютного курса, или регулирование денежной массы в обороте.

Финансовые объединения, диктующие общие правила использования денежной единицы и ограничивающие производственные и торговые возможности своих членов, рано или поздно обречены. Это многократно подтверждено историей.

Любая страна, как национальное и социальное сообщество, подчиняется внутри себя не только экономическим законам, но и психологическим, моральным, нравственным критериям. Если упростить модель Евросоюза до отдельных семей, то можно представить, что ЕС – это многоквартирный дом, где все семьи, живущие в разных, больших и маленьких, квартирах, однажды договорились об общем производственно-торговом пространстве. Как вы думаете, на каких условиях согласились бы участники такой схемы взаимодействовать друг с другом? Думаю, не ошибусь, если предположу, что только взаимовыгодные и равноправные, независимо от размера квартиры и количества в ней жильцов, условия устроили бы всех. При этом, бюджет, специализация, денежные средства каждой квартиры оставались бы, скорее всего, неприкасаемыми. 

Допустим, однажды над участниками данной схемы вдруг возникает некий совет, объявивший себя законодательным органом. Этот совет начинает определять общий бюджет, кто и что имеет право производить, в каком объеме. Этот же совет аккумулирует у себя денежную массу, которая используется всеми, выдает субсидии, определяет кредиты, требует экономии средств внутри каждой квартиры. Постепенно совет начинает вмешиваться во внутренние дела жильцов, определять, кому кого любить, кому на ком жениться, как учить детей. В конце концов наступает момент, когда в квартирах появляются чужие люди, и обитатели квартиры обязаны их кормить за свой счет, экономя на членах собственной семьи. Полагаю, подобная ситуация вряд ли продлилась бы долго.

Это утрированный пример.  Однако, решение референдума в Великобритании, и ожидаемое повторение данного сценария во Франции – это внутреннее ощущение населения страны, когда свобода носит лишь номинальное значение.

 Если Евросоюз распадется, страны уйдут в «свободное плавание». Это не плохо, и не хорошо. Европа не перестанет быть Европой. Иногда очень полезно вернуться в собственный дом, чтобы навести в нем порядок. Для Эстонии выход из ЕС, с одной стороны, потеря поддержки, к которой привыкли руководящие структуры, с другой стороны – освобождение сфер экономики от ограничений, потенциал новых связей. Настоящая свобода – это когда страна, как и отдельный человек, или семья, может максимально использовать свои возможности для роста и развития.

 аналитик Светлана Бурцева RE-FIN Pro

ПОРТАЛ Stolitsa

Новости: Аналитика